Мари Лаво родилась в 1796 году, и была вольной чернокожей женщиной. По некоторым сведениям, она была дочерью богатого плантатора и рабыни. Другие уверяют, что она прибыла в Новый Орлеан в 1809 году с Гаити после отмены там рабства. Как это не покажется странным, но она была ярой католичкой, воспитанной такой с детства. Известно, что она была выдана замуж за вольноотпущенного раба Жака Пари (Jacques Paris), который однако вскоре умер. Точнее, он был объявлен мертвым после того, как в один день исчез и уже никогда не появился. Вдова Пари, как называли тогда Мари Лаво, стала сожительствовать с мужчиной по имени Кристоф Глапийо (Christophe Glapion). Неизвестно, состояли ли они в браке, но зато точно известно, что у Мари Лаво от него было 15 детей. Это все, что известно о молодых годах королевы.

     Постепенно Мари Лаво стала заниматься вуду, и достаточно быстро преуспела в этом деле. Но наибольший успех пришел к ней в 1830 году, когда к ней обратился богатый горожанин, сын которого обвинялся в убийстве. Он предложил Мари Лаво в подарок дом, если они сделает так, чтобы его сына признали невиновным. Легенда гласит, что Мари Лаво утром дня, когда должен состояться суд, пошла в церковь, положив в рок три стручка перца, и долго молилась, при этом накладывая на перец заклинания. После этого она пошла в здание суда, которое находилось на той же площади, что и церковь, и смогла пройти в зал, где должно было состояться слушание. Там она подложила по стручку перца под сиденье каждого из судей. Результат заседания был таков - молодой человек был признан невиновным, и совершенное им убийство признано самообороной. Богатый горожанин, отец молодого человека, сдержал свое слово и передал дом Мари Лаво. Этот случай, ставший известным в городе, резко поднял ее авторитет и заставил еще большее количество жителей Нового Орлеана отнестись серьезно в вуду. Мари Лаво была избранна новой королевой вуду, и оставалась ею до глубокой старости. У многих исследователей этот случай, хорошо задокументированный в бумагах того времени, вызывает горячие споры, однако большинство сходится на том, что, по всей видимости, Мари Лаво смогла запугать свидетеля, который подтвердил, что молодой человек убил жертву защищаясь. Возможно, так все и было на самом деле, свидетель сказал все как есть, и его даже не нужно было запугивать.

     И все же Мари Лаво стала популярной среди жителей не только благодаря своим способностям, сколько тем, что она активно помогала людям. Будучи ревностной католичкой, она умудрилась сочетать и христианство, и вуду, не противореча при этом сама себе. Вообще о ее милосердии ходили легенды. Например, рассказывали, что она приходила в камеры к осужденным на смерть и приносила им еду, которая была отравлена наркотическими веществами, в результате чего они умирали безболезненной смертью и избегали мучений публичной казни. Во время эпидемии желтой лихорадки, которая опустошила Новый Орлеан, Мария Лаво лечила кого могла и активно боролась с эпидемией. Но главным занятием королевы вуду было все же оказание услуг по предсказанию будущего, наложению и снятию заклятий, а также любовной ворожбе. Особенно Мари Лаво была хороша в получении секретной информации, и именно это ей принесло самые большие деньги. Считалось, что она умела читать мысли и узнавать чужие тайны, отчего ее все боялись и старались быть с ней в хороших отношениях. Правда, исследователи отмечают одну интересную деталь в ее биографии - в свое время она была парикмахером, обслуживающим знать. Видимо, она запоминала все, о чем между собой щебетали ее клиенты, которые не обращали внимания на чернокожую обслугу. Впоследствии эта информация появлялась в нужное время. Видимо, у Мари Лаво также был широкий круг осведомителей, которые снабжали ее такого рода сведениями. Причем многих она принуждала работать на себя, причем очень простым и эффективным способом. Она готовила куклу, которая используется в ритуалах вуду, обкладывала ее травой, используемой при наложении заклятий, и подкладывала под порог дома того человека, которого хотела принудить работать на себя. Когда подложенная кукла обнаруживалась человеком, он в панике бежал к Мари Лаво за помощью, думая, что кто-то хочет свести его в могилу. Та брала человека под защиту в обмен на интересующие ее услуги. Еще одним поводом уверовать в ее сверхъестественные способности было то, что ее часто одновременно видели в разных местах. Как это происходило, никто объяснить не может, хотя многие исследователи сходятся на следующем простом объяснении. Дело в том, что одна из ее дочерей, которую также звали Мари, была очень похожа на нее. Видимо, их просто путали, и отсюда возникли легенды, в то время как жители Нового Орлеана видели в одно и то же время в одном месте ее дочь, а в другом - саму Мари Лаво.

     Мари Лаво была ярой католичкой, и она со временем смешала и вуду, и католические обряды. Как это не покажется странным, но она умудрялась использовать в своих ритуалах христианские молитвы и африканские заклинания, святую воду из храма и порошок из толченых змей и пауков, и тому подобные парадоксы. Со временем Мари Лаво стала отходить от ритуалов вуду и стала гораздо больше времени проводить в церкви. В возрасте 70 лет она была лишена титула "королева вуду", так как ее последователи посчитали, что она стала стара. После этого Мари Лаво полностью отошла от колдовской практики и стала все время проводить в церкви. Она занималась благотворительностью и много времени проводила в местной тюрьме. После смерти она была похоронена на кладбище St.Louis. Ее кончина стала означать кончину и всего культа вуду в Новом Орлеане. После того, как она была смещена с поста королевы, ее заменила женщина по имени Мальвина Латур (Malvina Latour). Однако она не была столь харизматичной личностью как Мари Лаво, и ее последователи стали требовать, чтобы она уступила свой титул кому-нибудь другому. Сменившие ее на почетном посту доктора и королевы также не преуспели в этом деле, и вскоре вуду перестали воспринимать всерьез. То значение, которое оно имело при докторе Джоне и особенно при Мари Лаво, быстро пропало. Именно поэтому сейчас, когда речь заходит о традициях вуду в Новом Орлеане, все помнят только одно имя - Мари Лаво.